ВООДУШЕВЛЕНИЕ И МАЛОДУШИЕ

сначала берешь с собой только полотенце и гель для душа. потом вспоминаешь, что полотенца входят в абонемент, а гель есть в душевых, так что и рюкзак брать необязательно. конечно, есть еще форма для занятий, но она сворачивается в комочек и помешается в кармане, а больше ничего и не надо.

ретроспективно это декабрь 2019-го, и я иду от метро войковская к “пране” — на горячую йогу. иду воодушевленная обещанием, что мои суровые мышцы оттают при +40 градусах, натянутые сухожилия помягчеют, а все ненужное выйдет через пот и слезы счастья. мне обещают эндорфины и глубокую растяжку, долгий согревающий эффект и быструю адаптацию к жаре, сияющую кожу и небывалое увеличение выносливости. 

— сейчас зал продезинфицируют, и можно полежать минут десять до занятия, чтобы привыкнуть, — говорит йогатичер, которая только что закончила полтора часа бикрама и даже не вспотела. 

отлично, думаю я, немного согреюсь после уличной хмари и представлю, что у меня зимовка в керале. 

так вот, если вы хоть раз ездили на зимовку в азию или индию, то сразу узнаете этот момент выхода из сильно кондиционированного аэропорта. открываются двери, и вязкая мокрая жара набрасывается как огромная медуза, шлепает горячей тряпкой по лицу  и мгновенно покрывает ровным слоем пота. или не пота, потому что влажность такая, что вообще непонятно как пот может пробиться сквозь кожу. 

и вот в зале — точно так же, только нет океана, шезлонга и свежего сока. 

СЛАБОУМИЕ И АЗАРТ

на первом занятии я помню только первые минут пятнадцать. дальше я легла в шавасану (выходить из зала очень не рекомендуется) и лежала все оставшиеся 75 минут, дыша как марафонец на 42-м километре.

потом на ресепшене сказали — “надеюсь, вы получили незабываемые впечатления от первого занятия”. и я просто молча посмотрела им в глаза. 

по степени чудовищности мой первый класс с горячей йогой можно сравнить только с первым конкурсом чтецов, но там у меня хотя бы пот был холодный и впитывался в шерстяные колготки. 

тут же пот был везде. я вставала — и он стекал полноводной рекой колорадо на коврик, прикрытый полотенцем. я лежала — и река превращалась в озеро. я ползла в раздевалку — и надо мной висело облако, как вокруг красноярской ГЭС в январе. 

после душа я вытиралась майкой, потому что с выданных полотенец капало. 

короче, в декабре 2019-го я точно знала, что больше никогда не пойду ни на один горячий класс.

у меня есть упрямство и сила воли. если я уж решаю куда-то не ходить, то и не хожу.

а еще у меня есть трекеры тренировок. и по ним видно, что за прошедший год, исключая месяцы карантина, болезни и поездок, я сходила на Bikram Yoga, Урбан Хот Йога, Урбан Хот Флоу, Hot Pilates, Hot Barre, HOT_STRETCHING.

за 4 месяца 2020-го года я заходила в горячие классы больше сорока раз. 

потому что нигде больше у меня не получается так эффективно страдать. 

еще теперь я ношу с собой: два своих полотенца для душа, полтора литра воды на одно занятие, отдельное полотенце для лица, томатный сок, яблоко и апельсин, теплую шапку, двойной пакет для мокрых вещей (а они все — мокрые) и дополнительную толстовку для тепла. 

объяснить все это невозможно, но я постараюсь.

кстати, уже в первый месяц занятий я перестала говорить, что хожу на горячую йогу и поменяла формулировку на “горячие классы”. 

во-первых, задолбало, что довольно многие сразу спрашивали про скандал с основателем бикрама, причем спрашивали в пассивно-агрессивной формулировке “и как ты могла выбрать бикрам после этого?”

ненавязчивый смолтолк тут же превращался в лекцию про токсичность йога-сообщества в целом и института гуру и наставников в частности. теоретически я согласна, а практически — жизнь коротка и больше нет времени на обсуждение этой темы с каждым комментатором.

тем более, что (из всех горячих классов) чистый бикрам я полюбила в итоге меньше всего. 

во-первых, это всегда одни и те же 26 асан, одна и та же их последовательность и один и тот же ритуал занятия. первые 10 раз я была настолько занята жарой и собственными страданиями, что не было времени понять — нравится ли мне вообще бикрам или как. и вот после одиннадцатого урока, когда я, НАКОНЕЦ-ТО,  продержалась на ногах от начала до конца (полтора часа, напоминаю, полтора часа при +40 и 50% влажности), я поняла, что бикрам не для меня. 

забавно, что это был как раз silent class, медитативный, вечерний, с приглушенным светом и музыкой. прекрасное занятие, когда ты все еще умираешь, но уже как бы немного и поймал поток, и даже чувствуешь себя не таким потным и несчастным. 

вот после этого отличного занятия я и перестала ходить на бикрам. и понеслась исследовать — что там еще выдают для белков теплового шока.

оказалось, что урбан хот йога мне заходит гораздо лучше, потому что там есть простор и выбор. главное — придерживаться политики хаотичного исследования и попробовать занятия во всех студиях и всех преподавателей. хотя один дружочек говорит — “нет, ну  выбери уже одного, к чему этот промискуитет?”))

так вот, пройдя по всем доступным мне урокам, я поняла, что мне очень нравятся (я все еще про hot, если вы вдруг потеряли мысль) вечерние классы; еще я не люблю, когда много статики на уроке, а люблю разнообразные виньясы; а еще мне хорошо там, где никого не осуждают лежание на коврике и не покрикивают “ты можешь, можешь, вставай!”. 

проблема только в том, что мое “нравится” идет вразрез с тем, на что пока способно тело. виньясы в жаре? извините, астма против. вечерние классы? сон просил передать привет и всего наилучшего.

да, с вечерними занятиями частая проблема в том, что пока ты доползаешь домой, надеясь рухнуть и проспать сто часов подряд, разогретый организм отключает режим сна и бесоебит еще часа четыре. а то и шесть.  

так бывает не всегда и не у всех, но, если и раньше после вечерней тренировки было трудно уснуть, значит, после горячей — почти сто процентов не получится. 

ну зато это можно использовать вместо кофе при ночных дедлайнах.

МЫШЦЫ-СЛАБАКИ И МЕДЛЕННАЯ СМЕРТЬ

итак, что еще есть горячего, кроме йоги?

ну, например, hot inferno pilates. 

сначала описание тренировки показалось мне щадящим — всего-то +35 градусов и 40% влажности (после бикрама даже прохладненько). 

еще смутно помнилось, что пилатес — это медленное и немного унылое (но очень эффективное) занятие, когда ты все время что-то напрягаешь, сжимаешь, подворачиваешь, контролируешь и осознаешь. 

я, если честно, не очень люблю пилатес (кажется, текст про горячие практики тихонько мигрирует в сторону бубнежа “почему я не люблю то и это”), но решила не упускать жизнь, пока есть возможность.  

ведь сегодня ты отказался от пилатеса, а уже завтра — снова карантин, безвременье, опять отжимаешься на квадратном сантиметре  между столом и шкафом, рассматривая пыльные комочки под кроватью. в общем, после весеннего локдауна я больше не хочу домашних тренировок и готова ходить везде.

только поэтому я пошла на hot inferno pilates, а там, конечно, совы оказались не теми, а предполагаемо унылый тихий пилатес обернулся ВИИТ под громкую музыку и цветные фонарики. 

выползая после всех этих ягодичных мостиков, боковых планок и выпадов, я спросила у администратора — но что ж вы сразу не предупредили, злые люди?

— так он же называется ИНФЕРНО, — сказала она, — по названию вроде все ясно.

плюсы горячего пилатеса такие же, как и у обычных высокоинтервальных тренировок (меня, как диабетика, больше всего интересует повышение чувствительности к инсулину) плюс пресловутые белки теплового шока (может когда-то я дойду в этой бесконечной саге и до них).

минусы: это довольно жестко с непривычки, и для меня час такого пилатеса иногда тяжелее, чем полтора часа бикрама. 

также к минусам я бы отнесла то, что для полного восстановления мне нужны те самые рекомендованные 48 часов и ни часом меньше. 

хотя сначала я думала, что двое суток отдыха после часа пилатеса — это перебор, и я вполне могу сходить на следующий день еще в бассейн или на йогу. и сходила.

и даже отлично занималась в таком режиме, пока через три недели не словила жесткий перетрен. причем не ту чисто мышечную перетренированность, когда хоть все и болит, но эта боль успокоительно шепчет “приляг-приляг, сегодня заслужила”. увы, это был вариант, когда нервная система не успевает за жадным телом. это такой перетрен, когда не спишь, хотя очень хочешь спать, не ешь, хотя голодна, не можешь сосредоточиться, хотя после тренировки мозг как раз рад тихо посидеть за ноутом. 

короче, если увлечься и сходить на 3-4 горячих пилатеса, а потом заполировать сверху бассейном и растяжкой — то к выходным я напоминаю сломанный робот-пылесос: очень много метаний из угла в угол и очень мало пользы. 

ну и еще электролиты. с горячими практиками все время приходится думать не только о том, чтобы вдоволь пить до и после тренировки, но и — что именно пить. кто-то обходится только водой, но при моем уровне обезвоживания воды всегда недостаточно. поэтому после тренировки я еще пью соленый томатный сок//кефир//айран//куриный бульон//компот из сухофрутов или шиповника//магниевую минералку//имбирно-апельсиновый чай//овсяный кисель. короче, что-то, что по-настоящему утоляет жажду и вкуснее регидрона. 

еще я хожу на горячую растяжку и кричу там.

ЧЕЛОВЕК-ПОЛЕНО ХРУСТИТ, НО НЕ СДАЕТСЯ

“а почему ты кричишь на растяжке? растяжка — это же всегда хорошо и всем надо, да?”

да

но

и тут мы опять возвращаемся к пресловутым совам и агенту куперу, который уже выяснил, что сорок градусов жары не делают человека гибким по умолчанию, и бревно в руках Маргарет Лантерман так и остается бревном, только мокрым.

но хотя в hot stretching не обнаружено волшебства, зато есть другие плюсы. 

во-первых, это супермедленный класс, так что очень трудно упахаться в хлам, особенно на вечерней тренировке. при такой скорости астматик во мне не задыхается, паникер не паникует, а недотренированный отстающий за всеми успевает.  

во-вторых, на растяжку очень редко ходят мужчины и сейчас я объясню — почему это хорошо. 

может это мне так не везло, но почему-то именно на классах бикрама большинство мужчин надевают только короткие шорты или плавки, в отличие от женщин в — довольно часто — майках и длинных шортах и лосинах. а знаете, что происходит, когда голый человек оживленно машет в зале руками и ногами? правильно, весь его пот летит на соседей. поэтому я перестала ходить на самые популярные вечерние группы бикрама и начала ходить на менее популярную растяжку днем. сухо, тихо, все успокоительно пыхтят и дышат по углам и можно занять место под вентилятором. если вы слабый новичок, всегда идите под вентилятор, только там и можно выжить.

раньше я не ходила на растяжку вообще. зачем ходить туда, где всегда больно, плохо и нет никакого результата?

потом я освоила флоссинг, ПИРы, холодную растяжку у стены, йогические ремни и встретила преподавателей, никогда не говорящих слово “шпагат”. 

не буду врать, что теперь я полюбила растягиваться и гнуться, но это хотя бы перестало быть чистым насилием и болью, превратившись в обычный спортивный челлендж “сантиметр за сантиметром, неделя за неделей, рано или поздно”. 

а горячий зал хорош как минимум тем, что больше не нужно надевать на себя сто вещей, чтобы не мерзнуть. ну и слезы легко выдать за пот)

ЗАЧЕМ ЭТО ВСЕ, ЗАЧЕМ

коврик и полотенце насквозь мокрые уже после разминки, пот заливается в уши, ни один баланс не держится дольше 5 секунд, сквозь влажный туман долетает “ваша голова так же важна, как и ваше тело, настройтесь не сдаваться и гордиться собой в конце занятия”…

до конца занятия еще сто миллионов световых лет, я живу в россии, сейчас сентябрь 2020-го, зачем мне еще больше насилия над собой, я уже и так горжусь, что выживаю…

становится жарче и влажнее, темп ускоряется, в собаке_модой_вниз пот из ушей вытекает в глаза, и тогда, наконец, перестаешь видеть свои ноги — бледные оладушки с пульсирующими капиллярами. а кто скажет, что капилляры нельзя разглядеть, тот пусть сначала поумирает полтора часа рядом, такой умный, а там разглядит и капилляры, и митохондрии, теломеры.  

через три недели мы рванем в Турцию, где вместо обещанных умеренных двадцати пяти и кратковременных дождей нас накроют  три недели пекла в 33-37 градусов. и где каждый шаг по Ликийской тропе, среди колючек и камней, показывал на что способно мое тело, если его не жалеть. то самое тело, которое два года назад еле волоклось на третий этаж без лифта и не выносило хаммам дольше 3 минут. 

если бы не эти сорок невыносимых послекарантинных тренировок в душном пекле, я бы не смогла пройти и половину нашего похода. спина бы не выдержала рюкзак,  ноги — по 8-10 часов подъемов и спусков, сосуды — такой непрерывной жары. та минимальная выносливость, которую я натренировала всего за 2 месяца горячих классов, помогала верить в свои силы, даже когда я выкашливала легкие на подъемах, а ноги подкашивались перед пропастью. “возможно, к вечеру буду собой гордиться, если не ебнусь с этого склона” — бормотала я, покрываясь красно-желтой пылью.

сейчас нет никаких планов на ближайшие месяцы, никто никуда не едет и не идет и вообще ничего не понятно. так что я, как юный пионер, собираюсь готовиться ко всему сразу: и к холоду, и к жаре, и к горам, и к морю, и к рифам, и к доломитам. когда-нибудь все это придет, а я — хопа! — уже стою в шортах и с ледорубом и ничего не боюсь. 

потому что научилась не кричать под холодным душем после горячего класса. 

потому что уже поскальзывалась на мокром коврике и больно падала лицом в пол — и встала, и продолжила. 

потому что уже занималась рядом с сильно пахнущими людьми — и выжила, и никого не задушила полотенцем. 

потому что каждый раз знаю, что мне будет очень тяжело — и все равно иду. 

а если этой зимой в москве будет снег, то, например, в “пране” на войковской после вечернего занятия можно выйти на террасу босиком и смотреть как сугробы шипят и тают вокруг лодыжек. 

если будет снег и не отменят йогу, я буду представлять себя в этом снегу отважным исследователем антарктиды или большим альпийским сербернаром, который выпрыгивает из 2020-го прямо через время и пространство и оказывается в мире, где нет границ и карантинов, зато все еще есть кон-тики, фрам и клуб семи вершин, например.